4. К определению Конституционного суда РФ от 26 ноября 1998 г. № 144-0 о разъяснении постановления Конституционного суда Российской Федерации от 24 февраля 1998 г. по делу о проверке конституционности отдельных положений статей 1 и 5 Федерального закона от 5 февраля 1997 г. «О тарифах страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Государственный фонд занятости населения Российской Федерации и в фонды обязательного медицинского страхования на 1997 г.»#

* Поводом к рассмотрению дела явились жалобы 25 граждан — адвокатов, нотариусов и индивидуальных предпринимателей, а также запросы Федерального арбитражного суда Центрального округа и Советского районного суда г. Волгограда.

Статьей 1 вышеназванного закона были предусмотрены тарифы страховых взносов в Пенсионный фонд РФ: для работодателей-организаций — 28% от выплат, начисленных в пользу работников; для индивидуальных предпринимателей и занимающихся частной практикой нотариусов — 28% от дохода; для адвокатов — 28% от выплат, начисленных в пользу адвокатов.

По мнению заявителей, столь высокий налог является дискриминационным и необоснованно лишает их части законно заработанного.

К началу судебного разбирательства (2 февраля 1998 г.) названный закон формально утратил силу, поскольку он устанавливал тарифы страховых взносов на 1997 г. Однако Конституционный суд не прекратил производство по делу ввиду того, что, во-первых, действием этого закона были нарушены конституционные права и свободы граждан; во-вторых, оспариваемые нормы были в точности воспроизведены в аналогичном законе, устанавливавшем тарифы страховых взносов на 1998 г.

Конституционный суд установил, что при определении размера тарифа страховых взносов в Пенсионный фонд РФ законодатель должен был учитывать такие конституционные принципы, как принцип равенства и принцип соразмерности ограничения прав и свобод граждан и социально значимых целей. Необходимо учитывать фактическую способность гражданина к уплате страхового взноса в соответствующем размере, а также и то, что тарифы страховых взносов в настоящее время никак не влияют на размеры трудовых пенсий — практически одинаковые для всех граждан.

Конституционный суд счел, что, увеличив тариф почти в шесть раз по сравнению с ранее действующим, законодатель нарушил эти принципы. Получилось, что равное право на трудовую пенсию для разных категорий граждан оказалось связанным с несоразмерными отчислениями в Пенсионный фонд.

Конституционный суд признал также, что далеко не все доходы, с которых взимался страховой взнос в Пенсионный фонд, являются чистыми доходами. Так, например, законодатель не учел, что на адвокатуру Конституцией РФ возложена публичная обязанность оказывать бесплатную юридическую помощь гражданам и осуществлять их защиту в ходе уголовного судопроизводства по назначению суда. По данным Министерства юстиции РФ, объем бесплатной помощи, предоставляемой населению адвокатами, составляет около 36% от всего объема их деятельности.

Нотариусы, как и адвокаты, выполняют возложенные на них государством публичные функции, включая большой объем бесплатных нотариальных действий.

Чрезмерный тариф страховых взносов, с точки зрения Конституционного суда, приводит к такому изъятию доходов занимающихся частной практикой нотариусов и адвокатов, что оно становится не столько финансированием трудовых пенсий, сколько лишением их части законно заработанного.

Конституционный суд постановил, что увеличение тарифа страховых взносов в Пенсионный фонд РФ для вышеупомянутых категорий плательщиков носит чрезмерный характер и ставит их в худшее положение по сравнению с лицами наемного труда, что противоречит статье 19 Конституции РФ, исключающей какую-либо дискриминацию в зависимости от рода труда и занятий.

Суд признал положения пунктов «б» и «в» статьи 1 названного закона не соответствующими Конституции РФ.

В связи с неоднозначностью толкования указанного постановления КС различными правоприменителями, по ходатайству заместителя председателя Верховного суда РФ и ряда граждан — заявителей по делу КС РФ дал разъяснение своей позиции в определении от 26 ноября 1998 г. № 144-0, в котором указал, в частности, следующее.

Не уплаченные страховые взносы за 1997 г. для индивидуальных предпринимателей, частнопрактикующих нотариусов и адвокатов не могут быть взысканы после 24 февраля 1998 г. (дата вынесения постановления КС РФ), а уплаченные подлежат зачету по текущим и будущим платежам.

Что же касается норм, признанных КС неконституционными и воспроизводящих эти же тарифы в 1998 г., то, учитывая, что объем страховых взносов на основании ФЗ о бюджете РФ закреплен в доходной части бюджета РФ, КС устанавливает шестимесячный срок для приведения законодательства PC в соответствие с постановлением КС. Эти нормы утрачивают свою силу по истечении шестимесячного срока, то есть после 24 августа 1998 г.. Излишне уплаченные суммы подлежат зачету. Судебные решения по делам граждан, обратившихся в КС по настоящему делу, подлежат пересмотру в соответствии с решением КС.

ОСОБОЕ МНЕНИЕ#

Как представляется, пункт 1 резолютивной части определения Конституционного суда и соответствующий ему раздел мотивировочной части необоснованно ограничительно истолковывают правовые последствия разъясняемого постановления от 24 февраля 1998 г.

Так, в соответствии с данным разъяснением суммы страховых взносов за 1997 г. в Пенсионный фонд Российской Федерации, внесенные или взысканные в размере, определенном пунктами «б» и «в» статьи 1 Федерального закона о тарифах на 1997 г., после 10 февраля 1997 г. (дата опубликования Закона) и до 24 февраля 1998 г. (дата вступления в силу решения Конституционного суда) не подлежат возврату или зачету в счет текущих и будущих платежей. Это утверждение не обосновывается какими-либо аргументами и не вытекает ни из разъясняемого постановления, ни из Закона о Конституционном Суде.

Постановлением от 24 февраля 1998 г. Конституционный суд признал положения пунктов «б» и «в» статьи 1 Закона о тарифах на 1997 г. как нарушающие принципы равенства плательщиков страховых взносов и соразмерности ограничений прав и свобод граждан (статьи 19 и 55 Конституции Российской Федерации) не соответствующими Конституции Российской Федерации. Из этого следует, что в конституционном смысле указанные тарифы нельзя считать законно установленными, и произведенные выплаты, таким образом, не имели законных оснований.

Конституционный суд не оговорил определенных условий и сроков исполнения пункта 1 резолютивной части постановления от 24 февраля 1998 г., как он это специально сделал в отношении аналогичных положений Закона о тарифах на 1998 г. Не были пересмотрены дисквалифицированные Конституционным судом положения и в законодательном порядке.

Таким образом, правовые последствия данного решения для плательщиков взносов должны быть аналогичны тем, которые Конституционный суд применил к периоду с 1 января по 10 февраля 1997 г. (пункт 2 резолютивной части определения). Признав, что законодатель не только чрезмерно ограничил права плательщиков взносов, но и вопреки положениям статей 54 и 57 Конституции Российской Федерации придал этому ухудшению обратную силу, Конституционный суд разъяснил, что уплаченные за период с 1 января по 10 февраля 1997 г. страховые взносы подлежат зачету в счет текущих и будущих платежей, не пояснив, почему в этом случае в отличие от предыдущего он применил иной подход. Представляется, однако, что независимо от того, по каким основаниям то или иное нормативное положение признается не соответствующим Конституции, правовые последствия такого признания для решения вопроса о восстановлении нарушенного права не могут быть различными.

В соответствии с частью третьей статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» «решения судов и иных органов, основанные на актах, признанных неконституционными… должны быть пересмотрены в установленных федеральным законом случаях». Так, во всяком случае, на основании части второй статьи 100 того же закона должны быть пересмотрены дела заявителей, обратившихся с жалобами в Конституционный суд, о чем в решении имеется отдельная резолюция. Однако и все остальные плательщики страховых взносов, чьи права были нарушены признанными неконституционными положениями закона, также вправе на основании этого решения Конституционного суда обратиться в компетентные органы за защитой своих прав, в данном случае с требованием о возврате или зачете взносов за весь период 1997 г. Иное противоречило бы конституционному принципу равных для всех гарантий защиты прав и свобод (статьи 19, 45, 46 Конституции Российской Федерации).