Электронное голосование в России: ситуация на 2026 год#

Профессор Свободного университета1

Введение#

В 2026 году в России произошел ряд событий в области технологий голосования. В марте–мае 2026 года Центральная избирательная комиссия приняла решение о выводе из эксплуатации существующего парка сканеров бумажных избирательных бюллетеней (официальное название — комплекс обработки избирательных бюллтеней, КОИБ), ссылаясь на их критический износ и недоступность запчастей вследствие западных санкций. При этом ЦИК декларировала намерение перейти на полностью безбумажные системы онлайн-голосования, интегрированные с порталом «Госуслуги» и окологосударственным мессенджером Max2.

В то же время федеральные власти отложили планы массового применения дистанционного электронного голосования (ДЭГ) на выборах в Государственную думу в сентябре 2026 года, ссылаясь на риски кибератак в условиях войны в Украине и общественное недоверие. Одна из возможных незаявленных причин — сопротивление региональных элит, которых федеральная система ДЭГ лишает контроля над результатами3.

Такая разнонаправленная динамика развития избирательной инфраструктуры России — отказ от электронных сканеров с бумажным документированием, стремление к онлайн-централизации и одновременный отказ от массового развития дистанционного голосования — представляет интерес как с точки зрения верифицируемости и прозрачности выборов в целом, так и с точки зрения международного наблюдения в частности.

1. Конец КОИБов и переход к безбумажному голосованию#

1.1. Списание КОИБов (март–май 2026 года)#

На заседании 27 мая 2026 года ЦИК официально утвердила поэтапный вывод из эксплуатации сканеров бюллетеней КОИБ-2010, сославшись на «критический износ» и невозможность закупки комплектующих из-за снятия с производства и западных санкций. Попытка закупки КОИБов нового поколения в 2022 году провалилась по тем же причинам. Та же судьба, по-видимому, ждет и более новые аппараты КОИБ-2017.

КОИБы, использовавшиеся на федеральных выборах с 2004 года и впервые развернутые по всей стране на думских выборах 2011 года, в технологическом отношении представляют собой гибридное решение: они принимают бумажные бюллетени, сохраняя возможность публичного контроля результатов, и одновременно автоматизируют подсчет. Это снижает вероятность человеческих ошибок и затрудняет некоторые формы фальсификаций, такие как вброс бюллетеней и перераспределение голосов.

Благодаря этому данные КОИБов служили ценным источником информации при исследовании фальсификаций на выборах, а сама эта технология в целом заслуживает положительной оценки.

1.2. Перспектива замены: голосование на базе «Госуслуг» и мессенджера Max#

Председатель Центризбиркома Элла Памфилова объявила, что ЦИК разрабатывает «абсолютно новые стандарты», используя существующую цифровую инфраструктуру государства: национальный портал «Госуслуги» и мессенджер Max. Эти системы позволят осуществлять полную идентификацию избирателя, голосование и подсчет результатов без бумаги — переход от прежней гибридной бумажно-электронной модели к полностью цифровым процессам.

Это направление соответствует общему стратегическому курсу ЦИК на полностью безбумажные и онлайновые формы голосования, широко обозначаемые в российском официальном дискурсе как «электронное голосование».

2. Две модели электронного голосования: московская и федеральная#

Существующая экосистема электронного голосования в России разделена на две различные реализации.

Московская и федеральная модели электронного голосования#
Параметр Московская модель Федеральная модель
Разработчик Департамент информационных технологий Москвы ПАО «Ростелеком»
Платформа Портал государственных услуг города Москвы Национальный портал «Госуслуги»
Регистрация избирателей По умолчанию для всех зарегистрированных избирателей Москвы Требуется явное заявление избирателя
Каналы голосования Терминалы электронного голосования (ТЭГ) на избирательных участках и ДЭГ Преимущественно дистанционное онлайн-голосование, ограниченное развертывание ТЭГ
Интеграция результатов Результаты публикуются в агрегированном виде — по избирательному округу или всему городу — как отдельный «избирательный участок» Результаты публикуются в агрегированном виде — по избирательному округу или всей территории — как отдельный «избирательный участок»
Архитектура управления Централизация в Москве; криптографические ключи находятся у городских властей Централизация на федеральном уровне; ключи находятся у ЦИК и федеральных властей
Прозрачность Закрытый исходный код, отсутствие VVPAT, отсутствие публичного аудита кода и содержательных пересчетов Закрытый исходный код, отсутствие VVPAT, пересчеты сводятся к повторному чтению той же цифровой памяти

Московская модель по умолчанию рассматривает каждого зарегистрированного избирателя как участника электронного голосования, тогда как федеральная система требует от избирателей подачи заявления для использования ДЭГ. Однако обе системы схожи по ключевым характеристикам: проприетарное закрытое программное обеспечение, отсутствие верифицируемого избирателем бумажного аудиторского следа (VVPAT, от англ. voter-verified paper audit trail), а также централизованный контроль над криптографическими ключами и подсчетом результатов.

3. Международный экспертный консенсус по интернет-голосованию#

Глобальное экспертное сообщество остается крайне осторожным в отношении интернет-голосования. В 2018 году комитет экспертов Национальных академий наук США пришел к выводу, что не существует известной технологии, способной одновременно гарантировать тайну, безопасность и верифицируемость заполненного бюллетеня, передаваемого через Интернет4.

В статье специалистов по криптографии и публичной политике Массачусетского технологического института, препринт которой был опубликован в 2020 году, отмечается, что системы голосования на основе блокчейна не только не решают ключевых проблем безопасности и верифицируемости, но и создают дополнительные угрозы5.

4. Экспертные оценки российских платформ электронного голосования#

Независимые эксперты и мониторинговые организации неоднократно отмечали фундаментальную ненадежность российских систем электронного голосования. В частности, ассоциация «Голос» выступала с критикой поспешного и непродуманного внедрения московской городской платформы6, 7.

В свою очередь, анализ российской федеральной платформы электронного голосования, проведенный эстонскими исследователями, показал, что из девяти требований, предъявляемых к системе электронного голосования, эта система не удовлетворяет четырем, частично удовлетворяет одному, удовлетворяет двум при условии добросовестности организаторов выборов и безусловно удовлетворяет лишь двум8, 9.

Список претензий экспертов к российским платформам электронного голосования можно разделить на несколько категорий.

4.1. Отсутствие верифицируемости и содержательных пересчетов#

  • Проблема «черного ящика». Голоса обрабатываются в закрытом программно-аппаратном комплексе без физического аудиторского следа. Избиратель не может подтвердить, что его голос записан в системе в соответствии с его намерениями.

  • Невозможность реального пересчета. Без VVPAT повторный подсчет сводится к перечитыванию потенциально скомпрометированных данных, что делает содержательный пересчет невозможным.

4.2. Уязвимости кибербезопасности и масштабируемые фальсификации#

  • Вредоносное ПО и взломы. Системы уязвимы к программным ошибкам, эксплойтам нулевого дня и удаленным кибератакам, которые могут одновременно изменить сотни тысяч голосов в целых регионах.

  • Зависимость от иностранного программного обеспечения. Опора на закрытое, проприетарное или поддерживаемое иностранными разработчиками программное обеспечение и обновления создает дополнительные риски для цепочки поставок.

4.3. Эрозия общественной прозрачности и гражданского наблюдения#

  • Потеря доступа наблюдателей. Традиционное бумажное голосование может контролироваться гражданскими наблюдателями без специальной технической подготовки. В случае электронной системы широкое гражданское наблюдение становится невозможным, и даже квалифицированные наблюдатели не могут вести содержательный контроль из-за огромного объема операций и отсутствия адекватного доступа. В результате роль наблюдателей сводится к декоративной.

  • Передача полномочий и ответственности ИТ-специалистам. Электронное голосование передает контроль от избирательных комиссий системным администраторам, частным поставщикам ИТ-услуг и государственным провайдерам услуг связи, которые владеют криптографическими ключами. Роль избирательных комиссий в таком случае сводится к формальному подписанию документов, поступивших извне и недоступных их контролю.

  • Утрата публичных данных. В обеих российских системах применяется максимально возможная агрегация данных: результаты суммируются по всему избирательному округу, городу или стране. Это исключает анализ результатов по индивидуальным избирательным участкам, который ранее являлся действенным инструментом расследования фальсификаций. Технической необходимости в такой агрегации нет: системы аутентификации позволяют без труда детализировать данные по стандартным избирательным участкам, однако ни в одной из двух платформ это не реализовано.

4.4. Принуждение, покупка голосов и утрата тайны голосования#

  • Риски дистанционного голосования. Процедура дистанционного электронного голосования не гарантирует, что избиратель голосовал лично и по собственной воле. Эти опасения подтверждаются наблюдениями: в условиях совмещения электронного голосования с трехдневным голосованием, когда первый день приходится на пятницу, значительная часть голосов поступает в первые часы первого дня, а также наблюдается выраженный пик голосования в полдень — во время стандартного перерыва на обед в организациях10.

  • Подконтрольное голосование. Создаются условия для покупки голосов и голосования под контролем. Так, в 2025 году независимые наблюдатели обнаружили пункты подконтрольного электронного голосования за провластных кандидатов на региональных выборах в Московской области11.

  • Конфликт аутентификации и анонимности. Аутентификация через государственные порталы связывает персональные учетные данные с цифровыми бюллетенями, создавая риски отслеживания голосов, давления со стороны властей и работодателей, а также утечек персональных данных.

4.5. Операционная хрупкость и высокие затраты#

  • Риск масштабных централизованных манипуляций. В отличие от физического вброса бюллетеней, который требует локализованных усилий и оставляет физические следы, в системе электронного голосования для изменения сотен тысяч голосов может быть достаточно одного действия инсайдера или внешнего злоумышленника. Предупреждением о такой возможности могут служить выборы в Государственную думу 2021 года в Москве, когда после продолжавшегося подозрительно долго — всю ночь — подсчета результатов электронного голосования все лидировавшие в округах оппозиционные кандидаты проиграли выборы.

  • Устаревание и обслуживание. Аппаратное и программное обеспечение требует постоянных обновлений, что создает тяжелое финансовое бремя.

  • Отсутствие возможности восстановления после сбоев. В отличие от финансовых систем, в избирательной системе скомпрометированные выборы невозможно просто «восстановить»: демократический мандат оказывается безвозвратно поврежден.

Многие из этих аргументов выдвигались в судебных исках российским экспертом по технологиям голосования В. Л. Толстогузовым. По состоянию на середину 2026 года все такие иски были отклонены12.

Заключение#

В 2026 году в области технологий голосования в России произошел существенный регресс. Ликвидация КОИБов устраняет важный источник относительно надежных данных о результатах голосования, а переход к полностью безбумажному, централизованно управляемому электронному голосованию существенно ограничивает возможности наблюдения и анализа и создает беспрецедентные возможности для необнаружимых масштабных манипуляций.

Задача международного сообщества в этих условиях — формулировать четкие стандарты верифицируемых и прозрачных выборов, а также разрабатывать практические инструменты для мониторинга и документирования нарушений в цифровых избирательных средах, где традиционное наблюдение невозможно. Как это уже происходило с другими избирательными технологиями, российская модель электронного голосования может оказаться привлекательным примером для других авторитарных режимов, стремящихся легитимизировать неконкурентные выборы с помощью высоких технологий.

DOI: 10.55167/99bf12a1e8fb

  1. Редакции известно имя автора, но не публикуется по причинам безопасности. ↩︎

  2. КОИБы свое отсчитали // Коммерсант-Ъ. URL: https://www.kommersant.ru/doc/8691619. ↩︎

  3. Власти решили отказаться от массового внедрения электронного голосования на выборах // Вёрстка. URL: https://verstka.media/vlasti-reshili-otkazatsya-ot-massovogo-vnedreniya-elektronnogo-golosovaniya-na-vyborah. ↩︎

  4. National Academies of Sciences, Engineering, and Medicine. Securing the Vote: Protecting American Democracy. Washington, DC: The National Academies Press, 2018. URL: https://nap.nationalacademies.org/catalog/25120/securing-the-vote-protecting-american-democracy. ↩︎

  5. Park S., Specter M., Narula N., Rivest R. L. Going from bad to worse: from Internet voting to blockchain voting // Journal of Cybersecurity. Vol. 7. Issue 1. 2021. URL: https://doi.org/10.1093/cybsec/tyaa025. ↩︎

  6. Проблемы интернет-голосования могут исказить волю избирателей // Голос. 06.03.2019. URL: https://golosinfo.org/articles/143281. ↩︎

  7. Внедрение интернет-голосования преждевременно, вредно и опасно // Голос. URL: https://golosinfo.org/articles/145649. ↩︎

  8. Russian Federal Remote E-voting Scheme of 2021 — Protocol Description and Analysis // IACR Cryptology ePrint Archive. Report 2021/1454. URL: https://eprint.iacr.org/2021/1454.pdf. ↩︎

  9. Juvonen A. Voting Security: Requirements for Electronic Voting Systems. URL: https://www.attejuvonen.fi/thesis-voting-security-2019-10-09.pdf. ↩︎

  10. Переусердствовали — для дистанционного электронного голосования достаточно и трёх часов // Невыборы/Иван Шукшин. URL: https://t.me/nevybory/185. ↩︎

  11. Лосев П. В подмосковном Фрязино обнаружили несколько центров по нагону избирателей на ДЭГ. URL: https://t.me/LosevP/353. ↩︎

  12. Telegram-канал «Защищаем наше право». URL: https://t.me/zanashepravo. ↩︎